В городе Лидсе (на севере Англии) осуществляется смелый проект по омоложению города. Часть его уже выполнена: одна из улиц совершенно обновилась и стала крытой улицей, ее уникальная крыша сделана из витражного стекла. Рассказываем о том, как это было и что предшествовало воплощению столь грандиозного проекта.

По окончании премьеры очередного спектакля английской труппы «Опера Норт» в «Гранд-Театре», в Лидсе, на улицах города происходит столкновение двух культур. Улицы перед пышным зданием «Гранд-Театра» викторианской эпохи заполнены возбужденной молодежью, которая ходит из одного паба в другой, перекусывая на ходу купленными в многочисленных закусочных Бригейта гамбургерами или кебабами на вынос. Покидающие театр любители оперы — это, в основном, жители тихих пригородов Лидса, или небольших соседних городков — торопливо пробираются к своим автомобилям через грязные, замусоренные тротуары и начинают чувствовать себя спокойно только тогда, когда выбираются из центра города на городскую автостраду.

Насколько непохоже все это на Ковент-Гарден, фешенебельный торговый район Лондона, который окружает столичный Королевский оперный театр. Однако, нужны ли Лидсу все эти элегантные маленькие магазины, рестораны, уличные кафе, как в Лондоне? Они ведь так не вяжутся с шумными пабами и однотипными фирменными магазинами! Несколько отважных застройщиков-предпринимателей решили, что нужны.

Они задались целью вернуть Лидсу то великолепие времен короля Эдуарда VII, которым он когда-то славился. Двадцать пять лет тому назад фирма архитекторов в городе Дарби, «Дерик Лэйтем энд Кампани», получила заказ от одной из крупнейших британских страховых компаний «Пруденшл» на разработку проекта так называемого «Квартала Виктории». Проект, стоимостью в шесть с половиной миллионов фунтов, имел своей целью полную переделку двух центральных кварталов города, где были отстроены две застекленные галереи — одна отреставрирована и одна выстроена заново — около 90 магазинов, а также — как говорят — создан крупнейший в мире витраж светского назначения. Получился совершенно необычный торговый центр.

Само название «Квартал Виктории» было придумано застройщиками-предпринимателями. В действительности, здания относятся скорей к периоду правления короля Эдуарда VII (1901-1910), а не к викторианской эпохе (1837-1901). Они простираются вдоль Бригейта, исторического центра Лидса, который, по мере того, как магазины стали перемещаться на запад, поближе к процветающей деловой части города, становился все более и более обшарпанным.

Возникновение Бригейта относится к средневековью, его переплетающиеся улицы и переулки с внутренними двориками всегда были самой сутью города. В викторианскую эпоху над несколькими узкими двориками были возведены крыши, и они превратились в крытые торговые галереи. У фирмы «Лидс Истэйтс Кампани» были тогда более грандиозные замыслы. В конце 90-х годов прошлого века она приобрела целый район убогих строений, в которых размещалась городская скотобойня. Эти строения были снесены, а реконструкция квартала была доверена не какому-то местному мастеру, а «выдающемуся театральному архитектору, господину Фрэнку Мэчему из Лондона».

Мэчем (1854-1928), как говорят, построил и перестроил более 200 зданий театров и мюзик-холлов, в том числе такие огромные здания, как «Паллейдиум», «Ипподром» и «Колизей» (все они в Лондоне). Вероятно, выбор пал на него, поскольку центральным зданием нового района должен был стать театр «Эмпайр Пэлис» (к сожалению, он был снесен в 60-х годах XX века). Вокруг театра архитектор отстроил две новые улицы, названные в честь «старой королевы» (Виктории) и недавно коронованного Эдуарда VII, а также самую красивую сводчатую галерею в Лидсе (или даже в Британии) — Каунти-Аркейд. Всего в новом районе было более 200 магазинов.

Стиль Мэчема был абсолютно театральным: он использовал красный кирпич, украшенный светло-коричневым орнаментом из фаянса работы местного завода в пригороде Бермантофтсе. Изнутри галерея была щедро украшена мраморными колоннами, лепкой в виде плодов, мозаикой, и над всем этим возвышалась великолепная крыша из стекла и чугуна. Столетие спустя все это явно нуждалось в реставрации.

Правда, театр был снесен и фасады некоторых магазинов были испорчены отвратительными фасками 60-х годов, но зато все остальное сохранилось. Сейчас все фасады работы Мэчема восстанавливаются, а те, кто арендует здания, обязаны сохранять оригинальный стиль эдуардианских фаск. Стандартные вывески из пластика с неоновыми лампами запрещены.

Главный архитектор проекта, Стюарт Ходжкинсон, до сих пор, кажется, изрядно удивлен достигнутым результатом. Безусловно, следовало восстановить Каунти-Аркейд, но основной замысел Ходжкинсона состоял в сооружении крыши над улицей Королевы Виктории, что по сути дела создало новую крытую галерею.

Он также решил выполнить крышу из стекла и чугуна, однако в виде простой современной конструкции, с тем, чтобы она не соперничала с замысловатыми фасадами первого десятилетия XX века, а наоборот, контрастировала с ними.

Отдел городского планирования Лидса несколько смягчил стиль первоначального проекта, однако, конечный результат — весьма впечатляющий. Это — элегантный, вздымающийся вверх своего рода «собор коммерции», с огромным витражом площадью в 823 квадратных метра, который идет по всей длине улицы.

Его создатель, художник-конструктор Брайен Кларк, называет его «нескончаемым текущим потоком красок». Кларк хорошо известен как живописец и театральный художник, он хорошо изучил все витражи, сохранившиеся в театрах Мэчема в Британии. По его словам, витраж в Лидсе — это квинтэссенция сверкающих тонов Мэчема, перенесенная из излюбленных им узоров с многочисленными цветами и нежными девушками в современные формы. Безусловно, это — абстрактный витраж, но вместе с тем своим богатством красок он напоминает старинные витражи. Он дополняет окружающие здания, не копируя при этом их стиля.

Установка крыши велась под руководством Бернарда Бекера, который вырос и получил образование в Германии, а теперь у него собственная студия в лондонском Ист-Энде. Кларк получил заказ на выполнение витража только после того, как закончилась конструкция основной арматуры крыши. Бекеру была поручена установка стекла. «Мне пришлось быть и инженером, и художником, — говорит он. — Британцы — очень доверчивы». Витраж подвешен под основной кровлей, однако сделано это так, что крепления практически неразличимы.

Работа Кларка, вероятно, затмит другие произведения искусства, предусмотренные в плане реконструкции, но, тем не менее, все они достойны своего окружения. Идея о том, чтобы направлять часть средств, затрачиваемых на строительство, на создание произведений искусства и художественные ремесла, может обернуться иногда пустяковой и ненужной затеей. Однако, в данном случае она, как кажется, оправдала себя, поскольку архитектор знал, что ему нужно и твердо руководил выполнением проекта.

Джоанна Виверз — создательница трех мозаичных панелей для пола в Каунти-Аркейд (самая большая из них шириной 5,75 м) — получила четкие указания: «Не выходить за рамки первоначального стиля, но вместе с тем предоставить абсолютно современный дизайн». Она добилась этого с огромным успехом. На первый взгляд ее работу можно отнести к тому же периоду, что и работы Мэчема, однако в ее произведении чувствуется специфический оттенок ручного труда, характерный для конца XX века. Тонкие краски ее эскизов были с точностью воспроизведены на заводе в Милане. Теперь, через шесть лет после окончания художественного колледжа, она с нетерпением ждет аналогичных заказов: «Мне бы хотелось верить в то, что этот проект послужит примером для других застройщиков-предпринимателей».

Когда подъемник, предназначенный для ремонта крыши, запачкал маслом одну из панелей, архитекторы пришли в ужас. Панель нельзя было снять, и они решили, поэтому, втереть масло и в остальные панели, что в результате дало более мягкий тон. «Позже мы узнали, что римляне поступали точно так же, чтобы смягчать тона своих мозаик. Они только пользовались оливковым маслом», — говорит Ходжкинсон.

Кузнец из Самерсета, Джим Хорробин, сделал для галереи красивые ворота, а также ряд светильников. В своей работе он пользовался как традиционными, так и более современными методами. Он говорит, что ему «нравится быть слугой архитектуры», нравится работать в этом «четком контексте». Недавно он получил заказ на светильники для часовни в Ламбетском дворце (лондонской резиденции архиепископа Кентерберийского, главы англиканской церкви) и был числе тех, чьи кандидатуры были утверждены для заказа на сооружение ворот для нового здания Британской библиотеки в Лондоне.

Неизбежно, при осуществлении проекта в Лидсе пришлось экономить. «Стеклянные» сферы, украшающие светильники Хорробина, на самом деле изготовлены из акрила. Некоторые мраморные колонны в Каунти-Аркейд выполнены из гипса, а затем выкрашены под мрамор. Но, как замечает Стюарт Ходжкинсон, это — далеко не новый прием: георгианцы (в XVIII веке) часто пользовались скалиолой.

Выгоды проекта для Лидса оказалисть очевидными, особенно если учесть, в каком упадке находилась восточная часть центра города. В составе проекта — открытие нового театра «Уэст Йоркшир Плэйхаус», в километре от этого района, а также реставрация великолепного эдуардианского рынка. Проект заслуживает успеха. В Лидсе было выстроено немало уродливых новых торговых центров, которые безжалостно вклинились в структуру города. Квартал Виктории, с его маленькими магазинами, а не однотипными фирменными, — это совсем другое дело. Однако, имеет ли это значение для рядового жителя Лидса, который не хочет покупать модную модельную одежду, или пить «особое» пиво в «особенных» барах?

Создатели проекта, предвидя такую критику, приняли меры для того, чтобы некоторые существующие торговцы не ушли из этого района и помогли сохранить местный колорит. Наглядный пример — мясная лавка «Дирлав Эддимен», существующая с 1937 года. Ее сохранили, хотя и перенесли на другое место, там по-прежнему продаются традиционные продукты, которыми славится магазин среди местного населения. Сохранился также и магазин корсетов «Чепменз» — без сомнения, к большому удовольствию полнеющих дам города.

Оптимисты с удовлетворением встречают многочисленных туристов, прогуливающихся по галерее под предводительством гидов. Конечно, некоторые торговцы ворчат: приходится переезжать, строительство не прекращается, арендная плата повысилась и так далее, — но, как заметил один местный торговец: «Это должно принести успех. В Лидсе ничего подобного давно не строилось».

Loading...